facebook

Арал

...Это неверно, когда говорят об исторической обречённости Арала. Его можно было не губить, если бы наша жизнь была организована иначе. Его и сейчас можно, если не спасти, то стабилизировать…...
Арал

...Это неверно, когда говорят об исторической обречённости Арала. Его можно было не губить, если бы наша жизнь была организована иначе. Его и сейчас можно, если не спасти, то стабилизировать…

Прадеды аральских рыбаков, прислушиваясь к мощному дыханию своего моря, называли его большеруким батыром. В широких объятиях Сырдарьи и Амударьи веками лелеял он Туркестанскую землю. Было так, пока не пришла к Аралу беда. Разжалось дарующее плодородие целому региону кольцо могучих «рук»— притоков. Запутавшись в ирригационных сетях, обессилела и остановила свой бег средь пустыни красавица Сырдарья. После такого несчастья на глазах начал таять , поседел, закутался в облака едких солей. уходило из жизни, а вместе с ним уходила из этих мест сама жизнь…
Как и чем помочь морю-батыру, остановить, не пустить идущую к нему смерть? Неужто не оставляет никакой надежды поставленный несколько лет назад «диагноз» ученых: при нынешних масштабах и методах водопользования к 2010 году море умрет? Как, наверное, каждый, кому приходилось бывать в Приаралье, над столь непростыми вопросами не раз задумывался и автор этих строк. Когда видел в окрестностях города Аральска морские суда на сухом песке. Когда хлебал в Казалинске уху из спинки минтая. Когда был очевидцем остановки поезда пришедшими в движение барханами…

А ничего не забывающая память напоминала иные картины. Ведь вроде бы совсем еще недавно, в конце шестидесятых, когда впервые довелось побывать в Кзыл-Орде, сильной, щедрой, хотя и своенравной, была Сырдарья. Прямо с городского пляжа мальчишки удили сазанов и сомиков. А взрослые с жаром обсуждали свои волнения и хлопоты во недавнего половодья. Буйные разливы реки отнимали тогда массу сил и средств: одних только противопаводковых дамб было построено в области почти тысяча километров. Теперь, как известно, стократно больших затрат и усилий требует борьба с маловодьем. Как все-таки хрупка природа, и как, оказывается, легко сломать ее казавшийся неизносимым механизм! За каких-то двадцать пять лет, исчезающе малый миг в людской истории, экологически «уравновешенное» Приаралье было поставлено на грань катастрофы. Острие водохозяйственных проблем кзылординцев круто, на все сто восемьдесят градусов, повернулось. Если еще в 1970 году в море поступало из реки 9,6 кубокилометра воды, то уже через шесть лет сток резко сократился, и ниже села Аманотколь, вдали от моря, Сырдарья полностью иссякла. Сразу вслед за этим началось резкое обмеление Арала; его уровень постепенно упал на 13 метров, а концентрация солей поднялась до 24 граммов на литр. Один из крупнейших континентальных водоемов планеты превращался в самое обширное на земле соляное болото. Сегодня с горечью приходится констатировать: печальная судьба Арала и его притоков — оборотная, я бы сказал, изнаночная сторона стремительности нашего технического прогресса, по «молодости лет» не накопившего еще опыта разумных регуляций своих поступков. Конечно, надо только приветствовать то, что те же мелиораторы Средней Азии и Казахстана вооружаются все более совершенными средствами производства. Но, видимо, пришла пора задуматься и над тем, всегда ли эти средства оправдывают цель.
Долгое время всей своей мощью они были жестко нацелены на обеспечение экстенсивного хозяйствования. Сначала это диктовалось объективной необходимостью, затем, в годы застоя,— покатилось по инерции. В погоне за сиюминутными успехами были отметены соображения более широкого, общечеловеческого масштаба, за что теперь приходится жестоко расплачиваться. Примитивное потребительство, вооруженное современной техникой, принесло вред несравнимо больший, чем все природные катаклизмы в регионе вместе взятые. Судьба Арала и его притоков характерна еще и тем, что экологический баланс «пустыня-море» особенно хрупок, и поэтому все негативные последствия стихийного природопользования, которые в других местах только наметились, здесь уже проявились во всей их остроте. Очень хочется верить, что эти картины надвигающегося экологического апокалипсиса послужат и нам, и последующим поколениям суровым предметным уроком на все времена. По сути, Арал уже был почти обречен, когда в его судьбу решительно вмешалась Перестройка. На своих свежих ветрах она принесла не только новое политическое, но и новое экологическое мышление. И оно, похоже, уже пускает крепкие корни в нашу жизнь. Летом 1988 года, в очередной раз приехав в Кзыл-Орду, с радостью увидел, что она вновь стала городом на большой реке. А Сырдарья — вновь стала реальным притоком Аральского моря. Впервые за последние двенадцать лет были широко открыты затворы на ее гидроузлах, и установленные здесь счетчики зафиксировали: поступление воды в дельту достигло 240—300 кубометров в секунду. Для жителей Казахстана и Средней Азии это стало, пожалуй, одним из важнейших событий года. Так же, как и принятое ЦК КПСС и Советом Министров СССР постановление «О мерах по коренному улучшению экологической и санитарной обстановки в районе Аральского моря, повышению эффективности использования и усилению охраны водных и земельных ресурсов в его бассейне».

Как началась реализация этого документа? Какие сложности при этом возникают? Что следует включить в круг первоочередных мер по оздоровлению природы и улучшению социально-экономических условий в регионе? С этими вопросами я обратился к Е. Н. Ауельбекову, бывшему тогда первым секретарем Кзыл-Ординского обкома партии.
— Постановление партии и правительства,— сказал он,— крайне своевременно и важно уже тем, что поставило последнюю точку в многолетних дискуссиях о судьбе моря: быть или не быть Аралу. Навсегда списаны в архив «глобальные» проекты переброски всего стока Сырдарьи и Амударьи на поля, создания на обнажившемся морском дне «цветущих рисоводческих и хлопководческих оазисов». Катастрофическое обмеление Арала превращает его из векового хранителя в грозного разрушителя нашего общего «дома». Тревожная динамика ухудшения природно-климатической обстановки со всей очевидностью показывает: если цивилизация погубит море, то море погубит цивилизацию во всем приморье. Более того, вздымаемые ветрами с высохшего дна миллионы тонн едкой пыли уже «аукаются» солеными дождями не только здесь. Население Кзыл-Ординской области, образно говоря, живет у самого кратера образовавшегося экологического вулкана и неумозрительно судит о том, чем может обернуться потеря целого моря. Сегодняшние его проблемы, если не принять самых решительных мер, завтра с такой же остротой встанут как в целом перед Казахстаном, так и перед всеми республиками Средней Азии. Но прежде чем начать кардинальное «лечение» региона, как и при любой сложной болезни, сначала надо скрупулезно разобраться в причинах недуга. Так что же все-таки, если говорить предельно конкретно, подтачивает здоровье края последние десятилетия?

Давайте посмотрим на это с разных сторон, подсчитаем, как говорится, все плюсы и минусы доперестроечных методов хозяйствования. После майского (1966 г.) Пленума ЦК КПСС только в ирригационное строительство, развитие всех видов орошаемого земледелия, создание на этой базе новых хозяйств в области вложено более миллиарда рублей. Площади инженерно подготовленных земель увеличились с 10,5 тысячи до 205 тысяч гектаров. С одной стороны, это положительно сказалось на укреплении и развитии экономики, социальной сферы. На карте Приаралья появились 35 новых совхозов. Основные производственные фонды сельского хозяйства возросли в 10 раз, в 2,5 раза увеличился объем производства продукции полей и ферм. Местные совхозы и колхозы сегодня дают 70 процентов казахстанского риса, треть каракульских
смушек и четверть урожая бахчевых культур. С другой стороны, чем дальше, тем больше начинали сказываться издержки интенсивного хозяйствования, бессистемного и расточительного использования водных и земельных ресурсов, политики «хлопково-рисовой независимости» с ее ставкой на влагоемкие монокультуры. В погоне за пресловутым «валом» и сиюминутными успехами, не закончив толком одного дела, брались за другие. По сути, ни на одном из созданных массивов орошения весь комплекс мелиоративных работ не доведен до конца. Своеобразный «рекорд» поставлен на Кзыл-Ординском Левобережном массиве, где ирригационное строительство ведется уже более 20 лет и фактически превратилось в латание и перелатывание дыр на прежних недоработках. Еще более 70 тысяч гектаров орошаемых земель области вообще не обеспечены инженерными сооружениями, что приводит к огромному перерасходу поливной воды, переувлажнению, засолению и заболачиванию полей, выходу на поверхность грунтовых вод Скудеет Арал, скудеет пашня…

За годы застоя масса таких же проблем образовалась и в расположенных выше по Сырдарье областях Среднеазиатских республик. Постепенно накапливаясь, в своей совокупности они больно ударили и по экологии, и по экономике. Обмеление и засоление Арала ведет к опустыниванию огромных пространств вокруг него, отрицательным климатическим сдвигам, ухудшению санитарно-эпидемиологической обстановки, что в конечном счете «бумерангом» ударяет, создавая все более серьезные трудности, по хозяйственной деятельности и социальной сфере. Как же вырваться из этого замкнутого круга? Конкретные пути реализации постановления партии и правительства по Аралу были рассмотрены на состоявшемся в начале февраля 1989 года собрании партийно-хозяйственного актива Кзыл-Ординской области. По сути, это было большое республиканское совещание: в нем участвовали руководители республики, работники союзных и республиканских министерств и ведомств, представители общественных организаций. — Приступая к реализации постановления партии и правительства по проблемам Арала,— сказал на собрании работавший в то время Председателем Совета Министров Казахской ССР Н. А. Назарбаев,— мы не должны сводить дело лишь к повышению эффективности использования и охране водных и земельных ресурсов. Речь идет о комплексном решении экономических и экологических, социальных и демографических задач, в конечном счете — о нормальном оспроизводстве всех составных частей экосистемы и обеспечении благоприятных условий жизни и деятельности населения региона.

Сегодня это конструктивное положение уже реализуется в практических делах. На их старте был всесторонне определен круг приоритетных направлений социального и экономического развития, где концентрируются сегодня все большие силы и средства. За последние три года государство направило на развитие области миллиард рублей капитальных вложений — в три раза больше, чем за такой же период предыдущей пятилетки. Благодаря этому почти на пятнадцать процентов увеличился прирост промышленного производства, на больших площадях проведено переустройство, в результате чего повысилась водообеспеченность, улучшились мелиоративное состояние и капитальная планировка орошаемых земель. Установлено жесткое лимитирование водоподачи в оросительные системы районов и отдельных хозяйств. За счет всех источников финансирования в целом выполняются планы по вводу жилья, школ и больниц, улучшается торговое, бытовое и коммунальное обслуживание населения. Для повышения его жизненного уровня в 1988 году введены коэффициенты к заработной плате, на что выделено из республиканского бюджета 13 миллионов рублей. Переведены на экологически чистые подземные источники водоснабжения областной и пять районных центров, восемьдесят хозяйств. Проложены водопроводные сети общей протяженностью
365 километров, пробурены к экологически чистым подземным источникам 260 глубинных скважин. Без преувеличения, весь Казахстан разделяет сегодня заботы и тревоги жителей Кзыл-Ординской области, оказывает им возможную помощь. В республике разработана детальная и поэтапная программа реализации постановления партии и правительства. В частности, предусматривается:

— строительство в 1991—1995 годах больниц на 1490 коек, поликлиник на 1700 посещений, лабораторного корпуса санитарно-эпидемиологической станции в Кзыл-Орде;
— комплексная реконструкция оросительных систем, строительство и переустройство коллекторно-дренажной сети в бассейне Сырдарьи, объектов водоснабжения и очистных сооружений;
— уменьшение заданий по вводу орошаемых земель на 15 тысяч гектаров;
— приостановка, начиная с 1991 года, строительства крупных оросительных систем на базе водных ресурсов бассейна Сырдарьи;
— оборудование до конца 1995 года всех водозаборных и водопропускных сооружений современными средствами измерения расхода воды;
— сооружение до конца 1990 года ста водозаборных скважин с опреснительными установками мощностью по 25 кубометров в сутки;
— осуществление в 1991—2000 годах широкомасштабных работ по закреплению грунтов и созданию расти-
тельного покрова в опустыненных районах Приаралья;
— усиление работ по разведке новых месторождений пресных подземных вод, оборудование всех само-
изливающихся скважин крановорегулирующими устройствами;
— развитие и размещение в районах области производств, обеспечивающих более полную занятость населения и экономию водных ресурсов;
— перевод сельскохозяйственного производства в бассейне Аральского моря на строго научную основу,
предусматривающую оптимизацию развития отраслей, исключение монокультур хлопчатника и риса, устранение деградации почвы, создание прочной кормовой базы для интенсивного развития животноводства;
— обеспечение до конца этой пятилетки экономии водных ресурсов за счет сокращения удельного расхода воды на гектар не менее чем на 15 процентов, а к 2000 году — на 25 процентов;
— углубленное изучение происходящих изменений природной среды и климата в Приаралье и оперативная
разработка необходимых природоохранных мероприятий для включения в планы социального и экономического развития.
К этому можно добавить, что только за годы двенадцатой пятилетки в области предусмотрено построить 119 объектов производственной и непроизводственной инфраструктуры, что позволит вовлечь в общественный труд около 120 тысяч человек, ввести более 1,2 миллиона квадратных метров жилья, школы на 30,1 тысячи ученических мест, детские дошкольные учреждения на 7 тысяч мест…
Весь этот, как видите, весьма обширный перечень намеченных мероприятий привожу здесь неспроста. Сами знаете, сколько сейчас всяких слухов, подчас самых фантастических, ходит вокруг приаральских проблем. Более того, пользуясь недостатками в информировании населения, иные «жалельщики» то ли из любви к «чистому искусству» сплетни, то ли из каких-то своих корыстных интересов искусственно нагнетают ажиотаж, а при возможности не прочь и спекульнуть на трудностях. Так же «заботятся» о возрождении региона и те, кто спешит, благо гласность, нажить популярность и политический капитал, «смело» и «принципиально» заявляя, что в При аралье как ничего не делалось, так и не делается. Вместе с тем нельзя не сказать и о том, что немалая помощь, оказываемая республикой Кзыл-Ординской области, порождает кое у кого эдакие иждивенческие настроения. Ведь перемены к лучшему могли быть бы уже гораздо весомее, зримее, если бы в решении этих накопившихся проблем в полной мере использовались местные резервы. Однако приходится с сожалением констатировать, что выделяемые средства зачастую осваиваются далеко не полностью. Так, за 1986—1988 годы из 60 запланированных объектов введены в эксплуатацию только 11. В области вроде бы справедливо бьют тревогу по поводу ухудшения санитарно-эпидемиологической обстановки и в то же время умудрились в 1988 году освоить план капитальных вложений на строительстве районной больницы в Аральске лишь на 55 процентов. Не секрет ныне и то, что в области крайне неудовлетворительно используются производственные мощности. В минувшем году только три из одиннадцати крупных предприятий сработали на уровне проектных показателей, а на остальных мощности использовались в пределах 60—80 процентов. Из-за этого, например, Кзыл-Ординский завод силикатных стеновых материалов, который мог бы полностью обеспечивать потребности области, недодал за 2,5 года пятилетки многие миллионы штук условного кирпича. Капитальные вложения, выделяемые на техническое перевооружение этого предприятия, хронически не осваиваются и в то же время постоянно ставится перед республиканскими органами вопрос о нехватке стеновых материалов. Серьезные проблемы накопились в сельском хозяйстве, и далеко не все можно «списать» на ухудшение экологической обстановки. Чем, скажем, оправдать снижение в 1988, весьма благоприятном для местных земледельцев году, урожайности картофеля, овощей, бахчевых культур? А ведь этой витаминной продукции жители области потребляют гораздо меньше, чем в среднем по республике. А чем объяснить, что на поливных землях 37 хозяйств, где сосредоточено более половины посевов зерновых без кукурузы и риса, в 1988 году урожай был менее десяти центнеров на круг? И как можно ставить вопрос об улучшении снабжения населения мясом, если среднесуточные привесы крупного рогатого скота на откорме были всего 306 граммов? Положение усугубило то, что только из-за падежа скота хозяйства области недодали за три года как минимум 11 тысяч тонн мяса. Проблемы тут, разумеется, есть, но вызваны они в данном случае не столько экологическими сложностями, сколько элементарной бесхозяйственностью. Острый для региона вопрос — избыточность трудовых ресурсов. Специалисты созданного при Казсовпрофе, Госкомтруде республики и ЦК ЛКСМ Казахстана Центра изучения общественного мнения провели недавно в области социологическое исследование. Анализ полученных данных показал, что главными причинами неучастия в общественном производстве для многих, особенно женщин, являются отсутствие работы вблизи жилья и нехватка мест в детских дошкольных учреждениях. Но в то же время построенный филиал обувной фабрики в Чиили, способный ежегодно выдавать продукции на два миллиона рублей, так и не заработал на полную мощность из-за… нехватки рабочих рук. Аналогичная ситуация создалась и на швейном филиале в Кзыл-Орде.

— У нас сложилось мнение, что определенная часть опрошенных и не стремится найти работу,— рассказывает председатель Госкомтруда республики С. У. Джандосов.— Иначе чем объяснить тот факт, что многие респонденты, о которых достоверно известно как о неработающих, отказывались в этом признаться. Здесь есть над чем задуматься: если человек не хочет работать, то у него, следовательно, имеются какие-то другие источники доходов. Но самые «болевые точки» всего края — все-таки ирригация и мелиоративное строительство. Из-за несовершенства оросительных сетей потери воды при прохождении от мест водозабора до хозяйств-потребителей составляют около 600 миллионов кубометров в год. В Яныкурганском, Аральском, Сырдарьинском районах не доходит до полей до сорока процентов влаги. Из-за засоления и заболачивания только в 1987 году по области не использовалось более шести тысяч гектаров орошаемых земель. Хотя, как сказано, в бассейне Сырдарьи проводятся большие мелиоративные работы, площадь неинженерных и полуинженерных систем остается еще значительной и составляет в области 23 процента. В общей сложности, по некоторым данным, непроизводительный расход воды в иные годы достигает 3,5 кубокилометра. Как в такой ситуации помогать Аралу?

По словам Е. Н. Ауельбекова, трудности постепенно преодолеваются. Планом 1989 года намечено провести коренную реконструкцию более чем на 7 тысячах гектаров, а к 1991 году — уже на 20 тысячах. Разворачивается широкий фронт противофильтрационных работ на каналах, взят KVDC на внедрение таких прогрессивных методов полива, как дождевание, подпочвенное орошение. В ближайшее время намечается внедрить средства автоматики и телемеханики на магистральных каналах, а затем — на полях и чеках. Предстоит кардинально решить такую крайне острую для нас проблему, как отвод коллекторно-дренажных вод и очищение от них рек и пашни. Для этого намечается проложить вдоль Сырдарьи магистральные коллекторы Ботабай-Жанадарья, НансайКоксу-Караузяк. По существу, это будут обводнительные каналы. По данным Кзыл-Ординского гидрометбюро и производственного объединения «Каракалпакремвод», в 1988 году поступление воды в Аральское море составило 24,8 кубокилометра, в том числе по Амударье—17,9 и по Сырдарье —6,9 кубокилометра. Сдвиг к лучшему, конечно, есть. Но он пока не гарантирует радикального решения проблемы Арала. В этих целях, безусловно, необходимы объединенные усилия всех республик Средней Азии и Казахстана. В качестве первоочередной меры для улучшения экологической обстановки в районе города Аральска Минводхоз республики намечает работы по восстановлению озерных систем залива Сарычаганак. Исследуются возможности создания здесь водоема в 7,5 кубокилометра и акваторией 875 квадратных километров, строительства комплекса сооружений. Среди них — водоподъемная плотина на Сырдарье, подпитывающий канал до Каратюпской и Аральской бухт пропускной способностью 300 кубометров в секунду, рыбопитомник мощностью 4 тысячи тонн «живого серебра» в год… Одновременно начинаются работы по фитомелиорации, закреплению почв на опустыненных землях. Кзыл-Ординская область —самая последняя, а точнее, крайняя инстанция в судьбе Арала и Сырдарьи. Последняя в том смысле, что замыкает исторически сложившуюся цепочку водопользования: Киргизия, Таджикистан, Узбекистан, Казахстан. Для того чтобы приостановить прогрессирующее обмеление Арала, нужно, как говорилось, до 35 кубокилометров воды. Одним кзылординцам такую тяжкую ношу, понятно, не поднять. Во-первых, область из года в год получает от живущих выше по течению соседей гораздо меньше воды, чем предусмотрено утвержденной в 1982 году Советом Министров СССР схемой вододеления. Во-вторых, в каждом литре поступающей воды содержится немало удобрений, гербицидов и пестицидов, а это уже медленно действующий яд для всего живого.

Работая над этими заметками, я связался по телефону с компетентными людьми в расположенных выше по течению поречных регионах и попросил рассказать, как там обстоят дела на природоохранном «фронте». Вот что они сообщили: В. Р. Торский, внештатный корреспондент «Правды» в Чимкентской области:
— Чимкентская область — крупнейшая в Казахстане зона орошаемого земледелия, здесь около 466 тысяч гектаров мелиорированной пашни. И вся она обеспечивается водами Сырдарьи и ее притоков. От них в разные стороны бегуг каналы, способные ежесуточно забирать более 30 миллионов кубометров воды. Правда, они еще никогда не работали на полную мощность. И это обстоятельство десятилетиями остается причиной основных тревог и волнений хозяйственных руководителей области. Каждое лето они осаждают Минводхоз СССР телеграммами с единственной просьбой: прибавьте пропуск воды!

А нужна ли эта самая прибавка? Давайте рассмотрим такие вот факты. В 1981 году на поля области забрали из Сырдарьи рекордное количество влаги —6 миллиардов 570 миллионов кубометров, а урожай, что называется, не удался. Четыре года спустя, в гораздо более засушливое лето, подача воды была уменьшена на 600 миллионов кубов, но продуктивность пашни заметно поднялась. В 1986 году поступило еще на миллиард 200 миллионов кубометров меньше влаги, однако итоги работы полеводов стали еще лучше. Область перевыполнила план по выходу хлопкового волокна и его качеству, а рисоводы собрали рекордный урожай — по 62,8 центнера зерна с гектара. В передовых хозяйствах давно поняли: дело не в количестве воды, а в умении ею пользоваться. Пример тому — опыт совхоза-техникума «Пахтаарал». Долгое время урожайность технической культуры здесь едва превышала двадцатицентнеровый рубеж. До тех пор, пока главной задачей не поставили в коллективе приведение в порядок мелиоративного состояния земель. В течение пяти лет последовательно были проведены капитальная планировка всей пашни и обогащение ее органикой. Посевы стали увлажнять малыми дозами и не семь-восемь раз, как было прежде. Расход воды сократился втрое, а урожайность достигла 43 центнеров сырца с гектара. Однако этот опыт широкого распространения не находит. Наверное, потому, что эффективен он лишь при условии точного соблюдения правил и сроков проведения всех без исключения агротехнических мероприятий. А это требует высокого уровня организации производства. Хозяйственникам же старого склада куда проще и выгоднее «заливать» все свои промашки недостатком поливной воды. Не взрыхлил вовремя междурядья после полива, окаменела земля — открывай шлюзы.

Сегодня многое круто меняется в хозяйственном мышлении, в том числе и в организации орошаемого земледелия. Наконец-то установлены жесткие лимиты забора и расхода поливной воды в разрезе районов и хозяйств. Ведь, в конечном счете, в интересах самих земледельцев направить сэкономленную влагу на помощь Аралу, а это значит — на помощь всему своему краю! П. Шермухамедов, председатель Узбекского республиканского комитета по спасению Арала, профессор:

— Арал — целостный живой , и поэтому заведомо бесперспективно было бы начинать его лече-
ние из какой-то одной географической точки или спасать море, как предлагают некоторые, «по частям». В связи с этим весьма обнадеживает, что комитеты, подобные нашему, созданы почти во всех республиках региона. Случись это лет 15—20 назад, имей мы возможность тогда заговорить в полный голос — сегодня не стояли бы на пороге экологической трагедии. Спасибо перестройке, наконец-то на убыль пошли дискуссии о том, «нужен» нам Арал или «не нужен». А то ведь находились ученые, которые, фактически оправдывая варварское отношение к земле и вопиющую бесхозяйственность, доказывали «объективную необходимость» пожертвовать морем во имя «высших интересов». Да ведь если не будет моря, не будет и этих самых пресловутых высших интересов — ничего во всем краю не будет! Надо сказать, под свежими ветрами перемен нависшие над морем черные тучи стали несколько редеть. Так, Совет Министров нашей республики утвердил ряд первоочередных мер для улучшения экологической обстановки в регионе. В частности, предусмотрено прекратить дальнейшее освоение в Каракалпакии новых орошаемых земель за счет увеличения водозабора. Все ирригационные работы проводить только на основе водосберегающей технологии и новой техники полива. Л. Я. Пильман, главный редактор информационного агентства при Совете Министров Таджикской ССР:
— Более 200 крупных внутренних водоемов мира находится в пользовании двух или нескольких стран, но проблем, подобных аральским, не возникает — режим эксплуатации водных ресурсов закреплен правовыми актами. Мы же никак не можем договориться, как расходовать воду и кому контролировать этот расход. Гордимся ирригационной техникой на уровне XXI века и используем ирригационные технологии на уровне XIX.

В этом, пожалуй, главная беда: чем больше строим новых каналов, тем больше воды не доходит до полей — разбазариваем наполовину. Наш пакет предложений: немедленно остановить строительство новых мелиоративных систем и освободившиеся средства направить на коренную реконструкцию действующих. Внедрять оборотное водоснабжение, создавать очистные сооружения на коллекторно-дренажных сетях, пересмотреть структуру посевов в пользу менее влагоемких культур. Для этого необходима комплексная территориальная программа по экономике и экологии, которая обеспечивала бы нормальное воспроизводство всех составных частей экосистемы. Н. И. Пенкин, заместитель министра мелиорации и водного хозяйства Киргизской ССР.

— Мы тоже начали помогать Аралу, хотя живем за многие сотни километров от него. Ведь крупнейшая нашей республики — Нарын — приток Сырдарьи. Поэтому от того, как распоряжаемся его водами, во многом зависит здоровье Арала. Чтобы его поправить, разработали и внедряем комплексную программу экономии поливной воды. В республике все более широкое применение находят подпочвенное орошение и самонапорное дождевание, средства автоматики и телемеханики для контроля за распределением и расходом поливной воды, строятся бетонированные и облицованные каналы, внедряется сифонная подача воды. На основе новых технологий орошения создаем в Ошской области замкнутую систему водопользования. Благодаря всему этому повышается отдача гектара, что, в свою очередь, позволяет сокращать посевы хлопчатника и еще более уменьшать расход воды. Думаю, снизим ее годовое потребление примерно на кубокилометр. Насколько известно, серьезную перестройку своего ирригационного хозяйства начинают и в других республиках. Работа пойдет слаженнее и быстрее, если создать общий бассейновый (аральский) комитет или комиссию — дело не в названии. На состоявшемся 11 марта 1989 года XIV пленуме ЦК Компартии Казахстана в докладе Бюро также значительное место было уделено аральской проблеме: «Тревога общественности, вызванная сложной экологической обстановкой в этом регионе, повышенное внимание прессы к решению этих вопросов вполне понятны.

Организовано уже немало экспедиций ученых и журналистов в Кзыл-Ординскую область, «круглых столов» и в Москве, и в республике, на месте вызвавших огромный общественный резонанс. Однако в некоторых выступлениях прессы их авторы настойчиво пытаются доказать, что, дескать, аральская трагедия — это «стихийное бедствие», и что принимаемые меры к спасению моря недостаточно эффективны, половинчаты, не соответствуют размерам катастрофы. Что хотелось бы ответить на это? Во-первых, ситуацию, сложившуюся в Аральском регионе, ни при каких условиях «стихийной» назвать нельзя. Ведь в свое время (и это наверняка помнят сторонники «стихийной» версии) было принято правительственное решение о значительном сокращении объемов и акватории Арала в связи с направлением вод Амударьи и Сырдарьи на увеличение производства сельскохозяйственной продукции, в основном хлопка. На протяжении десятилетий целенаправленло тратились огромные средства, чтобы воплотить в жизнь эту вроде бы благородную, якобы направленную на повышение благосостояния народа идею. Сегодня мы сознаем ее ошибочность. 19 сентября 1988 года Политбюро ЦК КПСС приняло единственно правильное решение о сохранении Аральского моря. Но разве можно сбрасывать со счетов, что за минувшие десятилетия построены многие десятки совхозов, которые дают народному хозяйству необходимую продукцию, в которых работают тысячи людей! Если подходить к проблеме так, как нам советуют радикально настроенные сторонники «стихийности» случившегося, то следует в одночасье ликвидировать все построенное, вернуться, так сказать, к первозданному состоянию в регионе.

Реально ли это? Возможно ли мгновенно восполнить неизбежно последующую за этим утрату большого количества материальных, трудовых ресурсов? К сожалению, об этих важных социальных последствиях наши оппоненты не очень-то задумываются. Как, впрочем, и о слабом использовании выделяемых средств на решение проблем Приаралья. Ведь здесь за три года из 60 производственных и социальных объектов, предусмотренных постановлением правительства республики, введено в эксплуатацию только 11». Итак, судя по всему сказанному, время диктует нам новые правила общежития с природой. Мы не должны ждать от нее милости — настало время природе помогать.

Источник: aral-kz.narod.ru

Похожие статьи

Категории
Экология

Тоже интересно

  • Супер бактерии смогут каждые 3 секунды убивать человека

    Супер бактерии смогут каждые 3 секунды убивать человека

    Открытие антибиотиков Александром Флемингом в 1928 году, считается революцией в современной медицине. Бесчисленные инфекции, такие как пневмония, заражение крови и другие бактериальные инфекции, которые заканчивались смертельным исходом для большинства...
  • Gora-razvalka

    Экологический туризм

    Экологический туризм предполагает, бережное и нежное отношение к объектам природы. Такое поведение человека определяет систему ценностей человека по отношению к природному наследию и его охране. Потребительские свойства самого процесса...
  • baikal2

    Мечта становится реальностью

    Все начиналось с простой, но невероятной идеи – построить тропу вокруг одного из крупнейших и прекраснейших озер в мире, “жемчужины Сибири” – озера Байкал. Тропа протяженностью более 2000 километров,...
  • На Енисее произошла экологическая катастрофа

    На Енисее произошла экологическая катастрофа

    Главная река Восточной Сибири – в опасности. В результате массового сброса в реку мазута на десятки километров по течению Енисея вымерла рыба, берега покрыты толстым слоем нефтепродуктов. По официальным...